Иногда я влюбляюсь в женщин

Иногда я влюбляюсь в женщин (да простит меня мой любимый муж).
В ухоженные тонкие руки. Трепетные ключицы и пальцы. Умные глаза. Голос. Походку. Осанку. Влюбляюсь в их истории. В силу. Манеру держать себя…..

Я не люблю хабалок. Скандальных, дышущих злобой. Даже если у них офигительные глаза и идеальные фигуры.
Не люблю дур. И откровенную вульгарность. Дело ведь отнюдь не в красоте внешней. Хотя я, как визуал, маньяк-перфекционист, гурман и эстет, очень ценю привлекательность.
И дело не в списке оконченных ВУЗов. Ум бывает разный, согласитесь.
Дело в другом. В нескончаемом потоке света, бьющим где-то из середины грудной клетки. В бешеной энергии, которая прошивает насквозь, стоит попасть в радиус человека. Дело в той внутренней красоте, на которую так легко отзывается сердце.

К счастью, вокруг меня всегда очень много Прекрасных. И я периодически влюбляюсь. И вдохновляюсь.

Сегодня я влюбилась в замечательную Ольгу Рудневу. И очень хочу поделиться ее мыслями.

«Когда я ждала результаты своего первого теста на ВИЧ, 15 минут жизни я прожила, как человек с ВИЧ. Но все эти минуты я точно знала, что вне зависимости от результата, я останусь собой.
Когда я зашла в район, где нет белых, через минуту я уже знала всё о том, что значит иметь другой цвет кожи. И один 14-летний парень сказал мне: «йо, бэйби, делай вид, что нет разницы». И очень скоро её не стало.
Когда моя мама заходила в роддом, она шла туда за Олегом, а вышла с Олей. 9 месяцев жизни все думали, что я мальчик. Вне зависимости от ожиданий, я стала тем, кем должна была быть.
Я точно знаю, что помимо диагноза, цвета кожи, пола и моей ориентации, есть миллион других характеристик, которые делают меня мной.
Я мечтаю жить в мире, где каждая наша особенность становится новой возможностью, а не ещё одним ограничением, и очень хочу сказать однажды, что в жизни меня ограничивало только мое представление о возможном.»

«Таня бесконечно много работала. Иногда так, что вечером на эмоции просто не хватало сил, и тогда она говорила: «давай завтра, у нас ведь вся жизнь впереди»
Ира всегда проходила мимо уютного кафе на углу улицы, и каждый раз думала: «однажды зайду сюда на самый романтический ужин»
Света влюбилась в платье в витрине, и всегда замедляла шаг, чтобы лучше его рассмотреть. «Когда-нибудь, — говорила она себе, — на витрине напишут ярко красное минус 70, и я зайду, чтобы наконец перевернуть ярлычок»
Оля всегда ставила лайк, натыкаясь на фотографию туннеля любви в Инстаграм, и думала: «однажды сделаю свою, это же тут, это рядом » но в мире ещё столько далеких мест, куда надо было успеть доехать, посмотреть и сравнить с фотографией в National Geographic, что времени на то, что рядом никогда не было.
Тани не стало в 33 года.
Как-то пробегая мимо ресторана, Ира увидела надпись «закрыт на реконструкцию».
Платье купила какая-то тётка прямо с витрины на глазах у Светы.
Мы проснулись утром, и спросили друг-друга: «а что если сегодня наш последний день?»
Спустя несколько дней я сделала свою собственную фотографию Тоннеля Любви. Теперь это мое напоминание себе о том, что однажды — это сегодня или никогда»

«Год назад, после бесконечных перелетов и длинного дня, мы зашли в снятую квартиру в Кейптауне. Там нас встретила кучка местных тараканов. Мы сражались с ними всеми подручными средствами до полной победы. Я объявила, что мы съезжаем. Моя коллега, только что убившая последнего таракана, как-то очень удивилась. Как съезжаем, если тут все забронировано на три дня вперёд, убит последний таракан и нам тут только приходить поспать?
Ранним утром мы стояли на улице чужого города с гигантскими чемоданами, без интернета и отеля. А вечером мы уже заезжали на виллу с видом на океан к безумному дедушке из Швейцарии. И эта вилла стала одним из лучших мест в моей жизни в одном из самых очаровательных городов мира. Вечером мы шли на пляж с бутылкой розового, рассуждая по дороге о том, что никогда нельзя мириться с чужими тараканами. Если что-то не устраивает — беги. Иначе ты никогда не узнаешь, что на самом деле тебе приготовила жизнь. Когда мы допивали последний бокал, огромное солнце медленно утонуло в океане, и мы пообещали себе никогда не терпеть и не вступать с собой в сговор, потому что на занятые места не приходят новые люди, чужие тараканы со временем не становятся милее, и в старых квартирах не открываются новые виды.»

Оля, спасибо.

Сохранить